ПРАВОСЛАВНЫЙ АТЕИЗМ КАК ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ.

Впервые Православным атеистом назвал себя в 2005г., в одном из интервью, доктор физико-математических наук, профессор С.П. Капица. Действительно. При царизме у нас долгое время господствовала Православная христианская вера. 
После революции 1917г. господствующее положение в обществе занял Научный атеизм. Советское образование и просвещение помогало верующим людям очищать их затуманенное сознание от дурмана слепой веры и становиться трезво мыслящими, разумными атеистами. На примере СССР хорошо видно, как освобожденное от религиозных догм и предрассудков общественное сознание стало мощной движущей силой в деле построения совершенно новой, уникальной советской цивилизации.
После ликвидации СССР Русская Православная Церковь начала прилагать усилия для возвращения себе былой славы и величия, но объективный процесс затухания религии не позволит ей добиться желаемого результата. Поэтому для России на современном этапе актуален не бесплодный поиск «духовных скреп» в ортодоксальном "византизме" прошлого, а Православный атеизм в качестве прогрессивной общенациональной идеи будущего. Это и есть та самая "новая православная идентичность", поиском которой в последнее время озаботились теоретики богословия РПЦ.
Основанием для такого утверждения служит следующее рассуждение.

Вступление.
В Древнем мире, во времена языческого многобожия, люди познавали богов по стихиям Природы, изучая на уровне обыденного опыта свойства огня, воды, земли, ветра и пр. Так в общественном сознании постепенно сформировались основы Естествознания, способствовавшие затем переходу человеческой цивилизации от народных верований к научным знаниям, к атеизму и общему движению в сторону Прогресса по магистральному пути развития человеческого Разума.

Православный атеизм (как мы это понимаем).
Пристальное изучение методом логического анализа и научной интуиции понятий "право", "правда", "истина", "закон" позволяет сделать вывод, что феномен ПравоСлавия (ПравдоСлавия) возник в общинах "словен" и "русинов" как основной принцип обычного права, когда у этих народов утвердился обычай чтить и славить Правду-матушку, помогавшую людям в различных тяжбах и спорах, и отвергать Кривду, покровительницу Лжи и Обмана.


По всем признакам видно, что слово "правда" образовалось от слияния двух языческих слов: "Правь" и "Дея", где слово «Правь» - имя собственное, а слово «Дея», значит: «Дух святой», по-русски «Дева». Таким образом слово "Правда" буквально сообщает нам, что это - "Дева по имени Правь", т.е. «Правительница».
Позднее от корня «правь» произошел юридический термин «право» и глагол «править» в значении «управлять».


Важно отметить, что в древности правдой назывались не только не содержащие признаков обмана утверждения, но и имеющие силу закона судебники, княжеские уставы, грамоты, распоряжения, с помощью которых осуществлялась функция управления на подвластных территориях. Летописцы отмечают, что князь Владимир, еще во времена язычества (т.е. до принятия крещения), "..пас свою землю Правдою, Мужеством и Разумом".


Кроме этого, истории хорошо известны списки наших древних источников права под названием "Правда Ярослава", "Правда Ярославичей". И когда позднее был составлен сборник законов, ставший конечным результатом кодифицированного развития Древнерусского права, его так и назвали: «Русская Правда». Вместе с этим пришло осознание, что славить нужно не только законы Природы, но и гражданские законы. Так народное (языческое) ПравоСлавие (славление истины, закона) стало основным морально-правовым принципом жизни народа Древней Руси, органично скрепляющим духовные и гражданско-правовые отношения. По сути, православными в древности становились все правдолюбивые и законопослушные люди, находившиеся под юрисдикцией «Русской Правды». Примечательно, что в раннефеодальный период у древнегерманских народов тоже были свои гражданские законы, так называемые "варварские правды", но аналога русскому понятию "православие" у них, почему-то, не появилось.


Люди чужие и пришлые, чтобы остаться на жительство в общинах "словен" и "русинов", должны были принимать на себя обязательство "жить и дела вершить по Правде", соблюдая местные законы, обычаи, традиции. В противном случае им предлагали с миром покинуть общину. Таким образом любовь к Правде в общинах воспитывалась веками. Со временем Православие настолько срослось с душой и телом русского народа, что однажды слова "православные" и "русские" стали синонимами. Поэтому не случайно посещавшие Россию иностранные путешественники, характеру которых были свойственны хитрость и изворотливость, обращали внимание на удивительное для них правдолюбие русских. Например, итальянец Альберто Кампензе в своем отчете папе Клименту VII с удивлением писал: "Обман друг друга у них считается ужасным преступлением".

Из сказанного понятно, что ещё до принятия крещения Древняя Русь была истинно Православным государством со своим Православным Законом, основанном на народном обычае чтить и славить законы Природы и гражданские законы в виде «Русской Правды», формировавшем в людях такие замечательные качества, как правдолюбие, правдомыслие и законопослушание.

Это была гениальная общенациональная идея наших предков, которая и теперь ещё не утратила своей актуальности. Понятно ведь, что отказаться от принципа "чтить Правду", на котором должна быть построена вся жизнь истинно Православного общества и найти ему лучшую замену, практически невозможно. Тем не менее, после крещения Руси народное (языческое) Православие целенаправленно стало подавляться и вытесняться христианской церковью. Постепенно истинное значение слова «православие» в народе забылось и начиная с 16-го века оно стало употребляться уже только для обозначения действующей в России ортодоксальной христианской веры и церкви.


Известно, что традиции атеизма и свободомыслия берут свое начало в философии Древней Индии, Древнего Китая, Древней Греции, Древнего Рима. С приходом в Древний Рим христианства римская цивилизация на долгие годы погрузилась во мрак средневековья, обагряемого кровью крестовых походов и озаряемого кострами святой инквизиции.
Осознание гибельной сущности христианского «окультуривания» Западной Европы постепенно привело к ослаблению влияния религиозной догматики и схоластики на жизнь западного общества. Это время историки называют эпохой Возрождения: возрождения идей атеизма, гуманизма, вольнодумства, научного просвещения, которые начали проникать в том числе и в царскую Россию, где стали основной движущей силой Октябрьской революции 1917г.. Позднее в СССР в программы вузов был введен курс «Основы научного атеизма». К сожалению, в 1990-х годах на волне очередных революционных преобразований кафедры научного атеизма были превращены в кафедры религиоведения.

Православные атеисты сегодня — это правдолюбивые, законопослушные граждане Р.Ф и всего Русского мира, которые никогда не были верующими, либо которые были воцерковлены, но затем стали атеистами благодаря полученному Образованию и Просвещению. Они называют себя людьми новой православной формации. В отличие от РПЦ они принимают всю историю России и ее героев как единое целое и одинаково ценное, не отвергая ее дохристианский, христианский и советский периоды.

Православные потому, что сохранили в себе унаследованную от предков любовь к Правде и стремление к Славе в деле служения Истине, Порядку, Справедливости. Это радикально отличает их от людей хитрых и изворотливых.

Атеисты потому, что не верят в сверхъестественных богов, придуманных человеком, с человеческим обликом и с человеческими слабостями, например, к подношениям. Они знают одного естественного Творца по имени Природа и убеждены, что сила не в Вере, а в Знаниях, основанных на достоверной, научной информации. Где есть Знания, там нет места Вере.


В вопросах морали Православные атеисты отдают предпочтение нормам светской гуманистической нравственности в сочетании с трудовой этикой, где добросовестный и усердный труд считается добродетелью и справедливо оплачивается.
В отношениях между собой Православные атеисты бесхитростны, миролюбивы, доброжелательны, галантны: «они никогда не убивают своих, не грабят, не обвиняют напрасно, не клевещут, не крадут, не зарятся на чужое добро, не предают, а если кого постигнет беда, то выручат его и в нужде помогут».


Православные атеисты терпимо, с пониманием относятся к верующим людям, в сознании которых ещё не произошло закономерного эволюционного перехода от веры к научным Знаниям.


Храмы Православных атеистов - храмы науки, культуры, искусства (школы, институты, университеты, академии наук, театры, музеи, библиотеки и т. д.) - источники светской духовности.

Православные атеисты
понимают демократию как народовластие, основанное на науке и диктатуре Закона, защищающего скрепленные Конституцией Р.Ф. права человека и основные свободы. Они убеждены, что привилегии демократии в полном объеме могут распространяться только на законопослушных граждан. Нарушители чужих прав, в соответствии с принципом справедливости, заслуживают лишения прав и свобод соразмерно с тяжестью содеянного.

Для создания в современной России общности людей новой Православной формации необходимо учредить общественную организацию "Народное движение "За Православный атеизм" (НДПА), способную под руководством интеллектуальной элиты, из числа ученых и педагогов разных уровней, сплотить в своих рядах  учеников старших классов, студентов, а так же всех правдолюбивых россиян. Далее, необходимо написать новую редакцию Конституции, назвать ее "Конституция Российской Федерации "Российская Правда" где указать, что Православный атеизм (правдолюбие и законопослушание) является основным морально - правовым принципом жизни российского народа. Это будет способствовать формированию в России Православной демократии , основанной на Правде. При этом все граждане, получая паспорт, а также все мигранты, получая разрешение на проживание в Р.Ф., должны будут брать на себя обязательство: жить по Правде (по совести, по закону). Все чиновники и предприниматели также должны будут давать Родине клятвенное обязательство: дела вершить по Правде и нести ответственность за нарушение клятвы, чтобы господствующее положение в обществе занимали  не хитрые и изворотливые проходимцы всех мастей, а правдолюбивые и законопослушные граждане. Кроме этого, из числа Православных атеистов в специализированных институтах повышения квалификации надо будет специально ковать кадры (как кадры "спецназа") для дальнейшего направления их на работу во властных и силовых структурах.


На фоне в очередной раз разразившегося мирового финансово - экономического кризиса стало понятно, что отдельно существующие системы с правым либерализмом (с господством частной собственности) и левым либерализмом (господством государственной собственности) исчерпали себя. Но причина кроется вовсе не в либерализме, основы которого давно  выработаны и закреплены в Конвенции прав человека и основных свобод. Причина кроется  в моно экономиках как левого, так правого толка, тяготеющих к глобализации, к построению монополярного мира.


Православные атеисты считают, что на современном этапе России нужна  более устойчивая финансово - экономическая система, состоящая из симбиоза правого и левого либерализма, которую условно можно назвать гибридным либерализмом, где государственная собственность на средства производства в тяжелой промышленности и на недра земли будет соседствовать с частной собственностью в легкой промышленности.


Иными словами, нам нужен Православный атеизм + Гибридный  либерализм с опорой на  диктаруту Закона. Иначе взятый уже ошибочный курс на построение системы с правым либерализмом "как на Западе" нам не изменить.

Наконец, во имя торжества принципа Справедливости и возвышения собственного авторитета действующая ныне в Р.Ф. "Русская Православная Церковь", стыдливо удалившая из своего названия даже имя Христа и самовольно присвоившая себе исключительно из конъюнктурных соображений благозвучные титулы "Русская" и "Православная", должна пройти процедуру государственной перерегистрации для исправления названия на: "Российская Правоверная (ортодоксальная) Церковь Христа» (как в Греции), сокращённо "РПЦХ", чтобы не вводить никого в заблуждение словами "Русская" и "Православная", поскольку русские никогда не создавали своих церквей и христианские вера и церковь относятся не к русскому, а к авраамическому (т.е. еврейскому) духовному наследию, не имеющему ничего общего с русским народным Православием времен язычества.

22) О ЛЮБВИ, ВЕРНОСТИ, СВОБОДЕ и РЕВНОСТИ.

Рассматривая проблему свободы нравственных воззрений в сфере сексуальных отношений, мы не можем оставить без внимания вопросы супружеского долга, верности, свободы и ревности. Сексологи говорят, что в сексуальные отношения должны вступать люди:

а) достигшие половой зрелости;

б) здоровые;

в) на равных правах (как равноправные партнёры);

г) с одинаковой целью (для удовлетворения взаимного сексуального интереса).

Кроме этого, ст. 21 Конституции Р.Ф. сообщает нам, что достоинство личности находится под охраной государства. Поэтому, исходя из принципов гуманизма, следует признать, что: сексуальное насилие, садизм, мазохизм, педофилия, зоофилия, некрофилия, копрофилия, урология и прочие сексуальные извращения, которые не возвышают, а умаляют и принижают сексуальное достоинство личности,  должны квалифицироваться специалистами в области морали и права как вредные формы сексуального поведения.

Из сказанного понятно, что в условиях сексуальной демократии на первый план выходят равноправные партнёрские отношения, регулируемые правовыми и моральными нормами либеральной сексуальной культуры. В новых условиях мужчины и женщины выступают как два равноправных половых партнёра, которые должны уметь уважительно относиться к сексуальным интересам друг друга. Признавая наличие у себя потребности сексуального общения ради удовольствия, ради наслаждения, ради ощущения полноты счастья, один партнёр, должен понимать, что другой так же обладает такой потребностью. Поэтому в новых условиях супругам не следует стремиться к сексуальному закабалению друг друга, требовать или давать друг другу «клятву верности» в том виде, в каком её принято давать при заключении брака в патриархальных, пуританских, репрессивных общественных системах: «Никогда не возжелать другого или другую».

Дело в том, что всякая клятва имеет смысл лишь тогда, когда она выполнима, т.е. когда её исполнение прямо зависит от нашей воли. Сексуальная же природа человека устроена так, что сексуальный интерес к кому-либо возникает у нас, длится и исчезает, помимо нашей воли. Волевым усилием им невозможно управлять, поэтому в реальной жизни пуританская клятва верности, основанная на не зависящих от нашей воли требованиях, фактически является бессмысленной и часто нарушается. В патриархальных культурах 20% всех убийств и самоубийств совершается именно из-за нарушения клятвы верности. Поэтому при создании семьи надо учитывать, что лица, воспитанные в семьях с патриархальным укладом жизни и склонные к обостренному проявлению чувства ревности, совершенно не приспособлены к современным, свободным сексуальным отношениям. Им остается жить только по-старому.

Сказанное выше совсем не означает, что в новых условиях клятва верности не нужна вовсе. В современном браке либерального типа она не отменяется, не исчезает, а наполняется новым содержанием.

Понятно, что основная цель брака — рождение и воспитание детей. Причём, не вообще рождение, а рождение детей именно от мужа и жены, состоящих в законном гетеросексуальном браке. Только в такой семье понятно, кто папа, кто мама, где сын, где дочь, брат, сестра, дедушка, бабушка и как в будущем решать проблему наследства. Появление детей «на стороне» сразу создаёт массу неразрешимых проблем, поэтому мы стараемся этого не делать. Из сказанного следует, что понятие супружеской верности в условиях либерализации сексуальных отношений сохраняет свою актуальность, но ограничивается обещанием: «не рожать детей на стороне».

В таком виде, благодаря современным средствам предупреждения беременности, клятва верности становится выполнимой и её соблюдение становится прямой обязанностью каждого из супругов.

Всё остальное находится «во власти природы» и может служить извинительным аргументом при возникновении сексуальных связей по любви «на стороне», так как после заключения брака за супругами сохраняется право на свободу сексуального общения (не с целью деторождения) с другими партнёрами и этим правом они могут пользоваться. А могут и не пользоваться никогда!

Человеку свойственно стремление к общению с разными людьми. Не составляет исключение и сексуальное общение. У других всегда есть что-то «другое». Оно не лучше, оно не хуже того, что уже имеется. Оно просто - «другое», часто трудно объяснимое. Это другое однажды вдруг начинает нас волновать, заставляет уделять повышенное внимание новому субъекту сексуального влечения и желать общения с ним. Особенно сильным бывает сексуальное влечение, возникающее «по любви». Кстати, в советское время считались оправданными сексуальные связи «по любви» даже если они были внебрачными. Но главным, конечно, остается семья. И особенно если там уже появились дети!

С рождением малыша у нормальных родителей просыпается родительское трепетное чувство к ребёнку, которое затем реализуется через любовь, внимание и заботу о нём. Постепенно, по мере взросления, у ребёнка формируется ответное трепетное чувство к родителям, которое также реализуется через любовь, внимание и заботу о родителях, особенно в старости. Такие отношения между родителями и детьми мы с полным основанием можем назвать гармоничными отношениями.
   Помимо общего домашнего воспитания и просвещения детей и подростков в современные семейные отношения  необходимо включать специальный курс сексуального воспитания и просвещения, к которому родителям надо относиться не как к извращению, а как к насущной необходимости научить будущих молодых супругов культуре чувственной и физической близости,  чтобы максимально оградить своих чад от прохождения суровой школы жизни за пределами родительского дома в объятиях случайных друзей и подруг, либо чужих дядь и теть  с сомнительными сексуальными интересами.

Построение гармоничных семейных отношений, основанных на взаимной любви, заботе и внимании между всеми членами семьи и сохранение такой семьи «всеми силами» — дело святое для каждого из супругов. Но без унизительных сцен ревности, членовредительства, убийств и самоубийств. Если «кто» и заслуживает

здесь «высшей меры наказания», так это чувство ревности. Убить, задушить, заглушить его лучше сразу, ещё в зародыше, чтобы оно потом не убило вас, вашу семью или ваших близких. Ревность произрастает не из любви, а из эгоистичного чувства собственности , неуверенности в своих силах либо завышенной самооценки.

Ревность – не от ума!

Меняется время, меняются нравы... Представление о культуре сексуальных отношений  тоже должно мениться в сторону их соответствия реалиям XXI-го века.

21) УКРАИНА, ФБР И ДЕТСКОЕ ПОРНО.

В 1994г. в США в Федеральном бюро расследований (ФБР) было создано специальное подразделение, в задачу которого входила борьба с детской порнографией. Спустя десять лет президент Буш объявил «войну» всей порнографии, после чего ФБР была поставлена более широкая задача: борьба с непристойностями и незаконной порнографией. Директор исследований информационной политики вашингтонского Института Катона Джим Харпер в беседе с сотрудником радио Свобода в 2005 году высказал удивление тем, что ФБР обязали заниматься поиском непристойностей. Он признал, что нынешнее американское законодательство о непристойностях и порнографии вызывает у него беспокойство поскольку не отличается необходимой ясностью. "Оно позволяет правоохранительным органам следить за людьми на основе субъективных суждений о том, что допустимо и что не допустимо. Интерпретация понятия «пристойно-непристойно» в американском законодательстве меняется каждые 4-5 лет. И до сих пор в нём нет ясного понимания - что законно, а что нет".

А вот любопытное сообщение из Интернета, имеющее прямое отношение к деятельности ФБР по борьбе с детской порнографией:
«В Киеве более трёх лет успешно процветал бизнес, пока в июле 2004 г. не прекратил своё официальное существование. Как считают обвинители, модельное агентство LS, работавшее в сфере рекламы с привлечением к съемкам детей от 8 до 16 лет, на самом деле занималось изготовлением порнофильмов и фотоснимков, но такой факт так и не удалось доказать! Студия, в которой работали мини модели, была в самом центре Киева, также у фирмы имелись филиалы в Харькове и Симферополе. Рекламу для привлечения к съемкам давали через телевидение и общественные СМИ, а готовую продукцию распространяли через зарубежные Интернет сайты. Родителям девочек рассказывали о занятии их детей в модельном бизнесе. За час съемок платили от 50 до 200 гривен. Родители знали, чем занимаются их дети, однако никто в милицию не обратился. Так как в этом не было смысла. В студию были вложены немалые деньги, с пятью нулями. Множественные декорации, костюмы и тд. Все это при поддержке различных структур и организаций. В договоре с родителями указывалось, что съемки мини моделей возможны и в обнаженном виде. Ничьи права при этом не нарушались. Рамки закона ни кто, не переступал. Организация была подкована и с юридической точки зрения. Однако под давлением ФБР на Украинские органы были приняты соответствующие меры по закрытию студии».

Заметим, студия была закрыта не благодаря научно обоснованной аргументации, предъявленной суду стороной обвинения, а "под давлением ФБР". Власти США возложили на ФБР обязанность вести борьбу с непристойностью и порнографией, но не снабдили это ведомство научной методикой для производства экспертиз по этой категории дел. Созданная в России "Юридическая теория порнографии" появилась не случайно. Она нужна не только нам для внутреннего пользования. Потребность в ней имеется практически во всех странах ближнего и дальнего зарубежья, где борьба с распространением порнографии ведётся, но до сих пор нет научной методики производства судебных экспертиз для её выявления.

Вывод.
Проблемы, возникающие при перемещении через границы произведений эротического содержания, обязывают правительства разных стран принять и утвердить у себя научное определение понятия "порнография" для формирования единообразного представления о запрещенном предмете.


20) ЭКСПЕРТИЗА ПО ДЕЛАМ О ПОРНОГРАФИИ.

Для эффективного выявления порнографии, имеющей квалифицирующий признак «пропаганда развратных действий», работникам следствия, суда или дознания рекомендуется назначать комплексную сексологическую и искусствоведческую судебную экспертизу с привлечением к их производству экспертов-сексологов, обладающих знанием Судебной сексологии и Юридической теорией порнографии, способных профессионально охарактеризовать сексуальное поведение действующих лиц как нормальное или отклоняющееся от нормы; и эксперта-литератора, киноведа, журналиста, искусствоведа для идейно-тематического анализа исследуемого произведения.

Объектами данных экспертиз признаются произведения эротического содержания (рисунки, живопись, статьи, пьесы, романы, фотографии, кинофильмы, видеофильмы и пр.), фигурирующие в материалах дела в качестве вещественных доказательств.

Предметом анализа является содержание представленных на экспертизу произведений.

Непосредственным предметом в сексологических экспертизах следует признавать сексуальное поведение действующих лиц.

Основная задача сексолога - установить наличие или отсутствие факта изображения развратных действий и таким образом ответить на вопрос: является ли представленное на экспертизу произведение порнографическим?

Получение от эксперта-сексолога отрицательного ответа исключает необходимость производства искусствоведческой экспертизы.

Положительный ответ обязывает дознание или суд назначить, если она не назначалась, искусствоведческую экспертизу для производства идейно-тематического анализа выявленной экспертом-сексологом порнографии.

Задача искусствоведа - определить, с какой целью автор (или издатель) обратился к изображению развратных действий:

1) для изучения, разоблачения, осуждения, высмеивания либо;

2) для пропаганды, популяризации, рекламы развратных действий?

Предмет исследования и характер решаемых задач показывает, что получить научно обоснованный ответ на вопрос: является ли представленное на экспертизу произведение порнографическим?? - можно только в процессе производства сексологической экспертизы. Задача по обнаружению криминальной порнографии (категории «не-D») – это другая задача и решается она в процессе идейно-тематического анализа.

Назначение разных экспертиз по делам, возбуждаемым по ст. 242 УК РФ, позволяет максимально соблюсти изложенные в ст. 8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» требования объективности, всесторонности и полноты исследований.

При подборе специалиста на роль эксперта по делам о порнографии следует обращать внимание на его отношение к предмету исследования. Нравственные и политические убеждения специалиста часто бывают причиной резко негативного его отношения не только к порнографии, но и к произведениям пристойной эротики, что может свидетельствовать о прямой заинтересованности лица (моральная выгода!) в исходе дела, ставить под сомнение объективность его экспертных оценок и служить основанием для заявления отвода эксперту.

При существующем положении дел в производстве судебных экспертиз участие юристов не требуется. Однако, учитывая специфику производства экспертиз по делам о порнографии, следует признать, что участие в них в качестве эксперта юриста-сексолога, обладающего знанием юридической теории порнографии, специальными знаниями в области сексуальных правонарушений, судебной сексологии, теоретически оправдано.

Особенно это касается производства предварительных экспертиз, когда производитель или распространитель эротических произведений, чтобы застраховать себя от случайного нарушения действующего законодательства, добровольно заказывает предварительную экспертизу в экспертном учреждении либо у частных экспертов. В таких случаях участие юриста-сексолога в производстве предварительной экспертизы не только допустимо, но и обязательно для составления юридически мотивированного экспертного заключения. Имея на руках такое заключение, заказчик может отказаться от дальнейшего изготовления или распространения своей продукции, если окажется, что она подпадает под действие ст. 242 УК Р.Ф. Либо он может внести по рекомендации эксперта необходимые изменения в содержание предмета предпринимательской деятельности, чтобы устранить обнаруженный в нём признак общественной опасности и сделать, таким образом, свой товар более приемлемым для дальнейшего производства или распространения.

Отрицательное заключение экспертов, полученное в результате производства предварительной сексологической, а при необходимости и искусствоведческой, экспертизы служит доказательством того, что в деянии производителя или распространителя произведений науки, искусства, ремесла эротического или порнографического содержания нет прямого умысла на пропаганду, популяризацию или рекламу развратных действий. По мнению автора, предварительная экспертиза, как специальная профилактическая мера по предупреждению преступлений, предусмотренных ст. 242 УК Р.Ф. способна радикально улучшить положение дел по профилактике криминальной порнографии.

Врач-сексолог и юрист-сексолог могут выполнять сексологическую экспертизу вместе либо единолично.

Производство сексологического исследования осуществляется путём прочтения, просмотра или прослушивания поступивших на экспертизу произведений науки, искусства, ремесла. В процессе исследования эксперт составляет подробное описание имеющихся в произведении сцен половой любви, половой жизни, с указанием, что именно демонстрируется в описываемых сценах. Например: сцена №1, мужчина и женщина в помещении на диване исполняют акт сексуального общения. Демонстрируются предварительные ласки, мастурбация, оральный секс, вагинальное, анальное сношение. После описания эротических сцен эксперт даёт им характеристику, примерно, следующего содержания: «во всех сценах данного произведения демонстрируются нормальные виды полового общения взрослых сексуальных партнёров. Изображение развратных действий, характерных для порнографии, отсутствует».

Указание на возраст действующих лиц имеет существенное значение для экспертизы по делам о порнографии. Заметим, в спектаклях или в фильмах всегда имеются действующие лица и их исполнители. В зависимости от данного обстоятельства произведения с признаками изображения педофилии бывают двух видов:

1)где и действующие лица, и исполнители бывают несовершеннолетние;

2)где взрослые исполнители играют роль несовершеннолетних.

И в первом, и во втором случае оно должно признаваться произведением с порнографическим изображением несовершеннолетних. После идейно-тематического анализа его можно будет отнести к порнографии той или иной категории (D) или (не-D) и решать вопрос о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела.

Если в произведении не только действующие лица, но и исполнители роли были несовершеннолетними, возникает необходимость решения вопроса об ответственности не только за пропаганду развратных действий в форме педофилии (если данному виду порнографии будет присвоена соответствующая категория), но и за сексуальные действия с несовершеннолетними на сцене или на съёмочной площадке.

После описания всех эротических сцен, а так же их характеристики, в экспертном заключении излагаются научно обоснованные и юридически мотивированные выводы.

Классическим примером для исследования произведения с фактом изображения педофилии служит роман В. Набокова «Лолита». В процессе сексологического анализа выясняется, что весь роман посвящён изображению сексуальных отношений взрослого мужчины и несовершеннолетней девушки. Данное обстоятельство позволяет эксперту достоверно утверждать, что роман В. Набокова «Лолита» является порнографическим.

После сексологического заключения следует идейно-тематического анализ произведения, в результате которого эксперт должен ответить на вопрос: с какой целью автор обратился к изображению в романе развратных действий в форме педофилии?

Ответ на данный вопрос автор сам чётко и ясно изложил в предисловии к роману: «У меня нет никакого желания прославлять «Г.Г.» (главного героя). Нет сомнения в том, что он отвратителен, что он низок, что он служит ярким примером нравственной проказы… Он ненормален.

Как описание клинического случая «Лолите» несомненно суждено стать одним из классических произведений психиатрической литературы. Но гораздо более важным, чем её научное значение и художественная ценность, мы должны признать нравственное её воздействие на серьёзного читателя, ибо этот мучительный анализ единичного случая содержит в себе и общую мораль. Беспризорная девочка, занятая собой мать, задыхающийся от похоти маньяк, - все они не только красочные персонажи единственной в своём роде повести; они, кроме того, нас предупреждают об опасных уклонах; они указывают на возможные бедствия. «Лолита» должна бы заставить нас всех – родителей, социальных работников, педагогов – с вящей бдительностью и проницательностью предаться делу воспитания более здорового поколения в более надёжном мире".

Из приведённого выше текста ясно, что автор не поощряет, не восхваляет, не рекламирует, а осуждает развратные действия в форме педофилии. Следовательно, роман В.Набокова «Лолита» не имеет признака общественной опасности и относится к разряду порнографии категории (Fxx).

Иногда на экспертизу могут поступать произведения, которые принадлежат таким культурам, где педофилия не осуждалась морально и не преследовалась законом. Например, в Древней Греции наиболее часто встречающейся формой гомосексуальных связей была связь взрослого мужчины с мальчиком. Такие отношения зафиксированы во многих дошедших до наших дней произведениях искусства, авторы которых прославляют, поэтизируют педофилию в форме педерастии. Согласно юридической теории порнографии эти произведения относятся к категории криминальной порнографии (Fxxx) и должны попадать под запрет. Но!

Издатель или руководитель выставки, которые в наши дни занимаются тиражированием и распространением подобных произведений, чтобы устранить признак общественной опасности в своих действиях и избежать конфликта с законом должны в предисловии к изданию или в аннотации к выставке чётко пояснить, что делают они это не ради пропаганды педофилии, а ради достижения общественно полезной цели. Например, ради ознакомления читателей или зрителей с фактом истории, имеющим научную или художественную ценность. Наличие такого пояснения даёт основание эксперту присвоить изданию или выставке категорию (Fxx).

То же самое относится и к произведениям маркиза де Сада. Они могут тиражироваться и распространяться в современном обществе только при условии сопровождения квалифицированным комментарием, в котором садомазохизм разоблачается как порок, как пережиток древних рабовладельческих отношений.


19) ЮРИДИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ПОРНОГРАФИИ (краткое изложение).

Новость для юристов, криминалистов, а также предпринимателей, занятых в сфере производства и распространения произведений эротического содержания. Материал публикуется с разрешения автора книги "Юридическая теории порнографии" Куликова В.Н.

http://www.urlit.ru/Katalog/40-YUridich
------------------------

Преамбула
Во многих странах в период господства церковной цезуры широко распространилась борьба с порнографией. Непристойными считались любые произведения, которые по мнению строгих моралистов, «наводили публику на сексуальные мысли и пробуждали сексуальное желание». В начале 20-го века, в условиях безграничного разгула пуританских репрессий, деятели литературы и искусства придумали хитроумную уловку в виде искусствоведческой теории порнографии для спасения ценных произведений от цензурных запретиов. И хотя это была псевдонаучная теория, основанная на ложном тезисе о свободе "настоящего искусства" от социальной ответственности, тем не менее она работала, помогая спасать и при царизме, и при советской власти музейную эротику от уничтожения.

В связи с прошедшими демократическими преобразованиями в российском обществепосле после распада СССР исчезла проблема защиты «настоящего искусства» от преследований со стороны церковной или партийной цезуры. Соответственно, бесполезной стала и псевдонаучная искусствоведческая теория порнографии.

Но вместе с тем возникла проблема законодательного регулирования деятельности по производству и распространению произведений эротического содержания, так как они, - независимо от их профессионеальной и художественной ценности, -  бывают носителями не только полензной, но и вредной сексуальной информации, способной негативно влиять на поведенческие установки личности.

Понимание существа данной проблемы побудило автора заняться разработкой юридической теории порнографии, состояшей из научного определения понятия "эротика", научного определения понятия "порнография", схемы дихотомического деления понятий "эротика" и " порнография", а также системы классификации всех эротических произведений, которую можно было бы успешно применять в судебной практике.

1. Юридическое определение понятия «эротика».

В практической деятельности термин «эротика» используется не только для обозначения определённого вида психических процессов, обусловленных сексуальной природой организма, но и для названия произведений творческой деятельности на тему половой любви, половой жизни, поэтому для правоприменителей написано одно общее определение понятия «эротика», состоящее из двух частей: из определения понятия "эротика" в реальной жизни и в изображениях.

«Эротика (от греч. «эрос» - половая любовь) - половая чувственность: ощущения, чувства, эмоции, мысли, переживания, обусловленные сексуальной природой организма;

в изображениях - это произведения науки, искусства, ремесла на тему половой любви, половой жизни, предметом изображения которых является половая чувственность».

Согласно данного определения все произведения «про любовь», в которых отображены сцены «любовного переживания» независимо от степени профессионализма, художественности, откровенности показа предметов или событий половой любви, половой жизни,  есть эротика. Произведение в целом называется эротическим, если оно полностью посвящено указанной теме. Когда в произведении встречаются лишь отдельные любовные сцены или эпизоды, можно говорить лишь об отдельных эротических сценах или эпизодах.

2.Юридическое определение понятия "порнография".


Сексологи говорят, что в сексуальные отношения должны вступать люди:

а) достигшие половой зрелости;
б) здоровые;
в) на равных правах (как равноправные партнёры);
г) с одинаковой целью (удовлетворения взаимного сексуального интереса).

Тогда есть надежда, что возникающие сексуальные отношения будут гармоничными.


Кроме этого, в ст. 21 Конституции Р.Ф. говорится, что достоинство личности находится под охраной государства. Поэтому, исходя из принципа гуманизма и нормативных установок, выработанных "Судебной сексологией", следует признать, что сексуальное насилие, садизм, мазохизм, педофилия, зоофилия, некрофилия, копрофилия, уролагния и прочие сексуальные извращения, которые не возвышают, а умаляют сексуальное достоинство личности, должны квалифицироваться  правоведами как  вредные сексуальные отношения, пропаганда которых может негативно влиять на поведенческие установки личности.
           

Далее, руководствуясь логическим приёмом написания определения «через род и видовое отличие», выражаемое формулой А=Вс, где «А» определяемое понятие, «Вс» определяющее понятие («В» - род, «с» - видовое отличие) и пользуясь морально-правовым критерием для выявления фактов изображения вредного (аморального и противоправного) сексуального поведения в произведениях науки, искусства, ремесла, мы можем написать научно обоснованный юридический вариант определения понятия "порнография".
«Порнография (от греч. «порнос» - развратник и «графо» - пишу) - это вид эротических произведений, предметом изображения которых являются развратные действия, квалифицируемые как: сексуальное насилие, садомазохизм, педофилия, зоофилия, некрофилия, копрофилия, уролагия».

В данном определении слова «эротических произведений» указывают на родовой признак порнографии (В), который роднит её с эротикой. Подробное перечисление статистически более часто встречающихся случаев изображения отдельных видов развратных действий указывает на признак видового отличия порнографии (с) от произведений пристойной эротики. Это делает определение достаточно ясным и понятным широкому кругу лиц.

Произведение называется порнографическим, если оно полностью посвящено изображению одного или нескольких видов сексуальных извращений. Если в произведении имеются лишь отдельные сцены или эпизоды с изображением сексуальных аномалий, можно говорить лишь об отельных порнографических сценах или эпизодах.

В целом понятия "эротика" и "порнография" находятся в таком же соотношении, как, например, понятия "птицы" и "воробьи". Понимать это важно, а смешивать или воспринимать их как совершенно разные предметы, недопустимо.

Написав определения понятий «эротика» и «порнография», мы раскрыли их содержание. Чтобы определить их объём и показать все предметы, которые в них мыслятся, необходимо воспользоваться приёмом, который в логике называется "дихотомией". Дихотомическое деление понятий «эротика» и «порнография» показано схемой (рис. 1)

Схема дихотомического деления понятий "эротика" и "порнография". 



          Рис -1

На рисунке показано, что понятие «эротика» (А) в целом состоит из двух понятий: из понятия «эротика», употребляемого применительно к реальной жизни, для обозначения половой чувственности (В); и понятия «эротика», употребляемого применительно не к жизни, а к произведениям науки, искусства, ремесла, в которых предметом изображения является половая чувственность (не-В). В зависимости от вида сексуального поведения человека эротика в жизни (В) делится на пристойное сексуальное поведение (С) и непристойное (аморальное и противоправное) сексуальное поведение (не-С), которое называется «развратные действия».

Все эротические изображения также делятся на пристойные (С) и непристойные эротические изображения (не-С), в зависимости от вида отображаемого в них сексуального поведения. Непристойные эротические произведения группы (не-С) называются порнографией (изображение развратных действий).

Юридическим основанием для дихотомического деления понятия «порнография» служит критерий цели, указывающий на идейную направленность произведения.

По идейной направленности порнография делится на два вида: на допустимую к обращению в обществе порнографию категории (D), и не допустимую к обращению в обществе (криминальную) порнографию, категории (не-D). На этом дихотомическое деление понятий «эротика» и «порнография» заканчивается.

Характерной особенностью порнографии категории (D) является то, что её автор или издатель осуществляют изготовление или распространение порнографии ради достижения общественно полезной цели: ради изучения, разоблачения, осуждения, высмеивания развратных действий. Таким образом, порнография категории (D) наделяется общественно полезной функцией в отличие от порнографии категории (не-D), где автор или издатель пропагандирует, воспевает, рекламирует развратные действия, пытаясь выдать зло за добродетель. Критерий цели указывает на наличие или отсутствие признака общественной опасности в порнографии той или иной категории.

Классификация эротических произведений.

Решение международного Криминологического конгресса (Брюссель 15-18 марта 1972г.), в части специально посвящённой вопросу борьбы с порнографией, гласит: «Право смотреть и читать эротические произведения, и право не смотреть, и не читать, являются равнозначными правовыми благами».

Вместе с тем, занимаясь объективной оценкой эротических произведений, нельзя не учитывать их способность возбуждающе действовать на половую чувственность потребителей. При формальном восприятии и при повышенной возбудимости организма эротические произведения могут доводить сексуальное возбуждение до состояния непреодолимого желания немедленной реализации возникшего сексуального интереса. В неблагоприятных условиях оно может служить побудительным мотивом к совершению правонарушений.

Для эффективной организации процесса сексуально-информационногообмена в Российской Федерации: в целях защиты несовершеннолетних от преждевременного прочтения или просмотра эротики, а также защиты прав и законных интересов взрослых граждан, не желающих смотреть, читать или слушать эротику, которая, хотя и является пристойной, но им не предназначена, а также порнографию, которая нежелательна всем гражданам, не испытывающим восторга от созерцания сексуальных извращений, власть, в соответствии с положениями ст. 55 Конституции РФ, имеет право ограничить свободу производства и распространения отдельных видов эротических произведений. Для этой цели все эротические произведения можно пометить на титульном листе или обложке носителя информации значком «F» (от английского слова «freedom»), показателем допустимой свободы производства и распространения произведений, и по степени возрастания признака общественной опасности разделить на четыре категории.

К первой категории  (FF)  можно отнести произведения, которые не вызывают никаких возражений со стороны общества и давно находятся в свободном обращении. К ним относятся произведения с изображением знакомств, встреч, ухаживаний, объятий, поцелуев, но ещё в одежде. Сюда же следует отнести и простые неэротические изображения сцен наготы. Значок (FF) в данном случае обозначает полную свободу производства и распространения (Full Freedom).

Ко второй категории (Fx) необходимо причислить изображения любовных сцен, которые обычно следуют за раздеванием героев, где их раздевание носит явно сексуальный характер: например, с целью демонстрации сексуальной привлекательности действующих лиц, их сексуальных достоинств, затем, предварительных ласк, объятий, поцелуев, включая показ самого полового акта независимо от степени откровенности изображения сексуальных сцен или событий. В данном случае значок (Fх) обозначает: свобода ограничена для лиц до 16 лет и взрослым гражданам, не желающим смотреть, читать или слушать эротику.

К третьей категории (Fxx) следует отнести общественно полезную порнографию, которая не имеет признака общественной опасности и потому не образует состава преступления. Здесь свобода производства и распространения тоже ограничена на один знак. Второй знак (х) указывает на то, что произведение является порнографическим, но не криминальным. Эти произведения не рекомендуются лицам моложе 16 лет и взрослым гражданам, не желающим смотреть, читать или слушать пусть и не криминальную, но порнографию.

К четвёртой категории  (Fxxx)  относится криминальная порнография, которая квалифицируется как «пропаганда развратных действий». На этом классификация эротических произведений заканчивается. Продолжение темы в статье № 21.

18) ПРОСТИТУЦИЯ ЛЕГАЛЬНАЯ И НЕЛЕГАЛЬНАЯ.


   ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

к проекту федерального закона

«Об услугах сексуального характера»

Автор: Куликов В.Н., 2003г., гор. Москва

Преамбула.

Проституция - это вид предпринимательской деятельности по оказанию сексуальных услуг за плату. Здравомыслящие люди понимают, что запрещать проституцию в условиях рынка так же нелепо, как нелепо запрещать спекуляцию на рынке. Однако, запрет на такой вид предпринимательства в некоторых странах, включая Россию, существует до сих пор и надеяться на улучшение ситуации в этом деле не приходится, пока государственная власть в вопросах морали будет опираться не на нормы светской гуманистической нравственности, а на религию.

Инициатором  запрета на проституцию с давних времён была и остаётся действующая в России ортодоксальная христианская церковь. А основанием  служат принятые еще в Византии религиозные законы, изложенные в церковной книге «Правила святых вселенских соборов» и являющиеся обязательными для исполнения всеми служителями культа.

В периоды, когда та или иная вера в государстве обретает статус государственной религии, нравственные законы церкви, наряду с гражданскими законами, становятся обязательными не только для верующих, но и для всего гражданского общества. Когда же государственная власть замечает, что церковь переходит границы дозволенного и начинает соперничать с государственной властью за верховенство, а религиозные догмы начинают мешать развитию прогресса, происходит отделение церкви от государства, после чего религиозные каноны перестают быть обязательными для гражданского общества.

При этом церковь приветствует не вмешательство государственной власти в церковную жизнь, но сама старается всеми силами сохранить своё былое влияние на всё гражданское общество, не ограничиваясь влиянием только на жизнь религиозной общины. В особенности церковь старается сохранять влияние на сексуальную жизнь людей, подчинив её идеалу аскетизма. Через различные общественные организации религиозного толка и при попустительстве гражданских властей, церкви иногда удаётся устанавливать в обществе законы, нацеленные на поддержание режима всеобщего сексуального спокойствия граждан, но к демократии это не имеет никакого отношения.

Нелегальная проституция.

Типичным примером превращения церковного правила в гражданский закон является запрет на проституцию. Принимая такой закон без должного научного обоснования и исключительно в угоду церкви, государство разворачивает против проституции по сути незаконные  репрессии. Оно вытесняет проституцию в подполье, ставит проститутку на один уровень с профессиональной преступностью, приглашает общество клеймить проституцию позором, низводя проститутку до статуса презренного существа, лишенного всяких человеческих прав.

Как существо бесправное, нуждающееся в покровительстве, она тут же попадает в объятия «возлюбленного» — преступника-сутенёра, в котором видит «сильную руку» хозяина. Между проституткой и «хозяином» складываются отношения типа «раб и властелин», т. е. рабовладельческие отношения, после чего начинается самая настоящая работорговля и эксплуатация проститутки: «хозяин» либо сам, либо через посредников, заключает сделки с клиентами и получает деньги от сделок. Проститутке в этих отношениях отводится роль продаваемого то клиенту, то новому хозяину товара. Её материальное положение полностью зависит от милости хозяина.

Эксплуатацией нелегальной проституции занимаются не только сутенёр, но и «коррумпированный слой административно-управленческого аппарата, и коррумпированные представители органов власти», так называемый «зонт безопасности, обеспечивающий «крышу» работорговцам.

Многовековая история разных стран объективно доказывает, что в условиях даже самого жестокого запрета (например, в условиях инквизиции) проституция не исчезает, а вытесняется полицией в подполье, после чего сама она и борьба с ней принимают самые отвратительные, уродливые формы.

В наше время государство, организующее на своей территории незаконные репрессии, не может называться демократическим.

Легальная проституция.

С развитием прогресса гражданское общество, прошедшее через различные социальные потрясения, постепенно приходит к пониманию необходимости признания, соблюдения и защиты прав человека и основных свобод, поскольку попрание и игнорирование прав человека как раз и становится основной причиной возникновения различных революций. Попрание и игнорирование сексуальных прав человека и основных свобод служит причиной возникновения сексуальных революций. Понимание этого побуждает правительства разных стран пересматривать свои запретительные законы, не имеющие должного научного обоснования, в сторону их либерализации или полного аннулирования.

Если рассматривать проституцию объективно, то, с юридической точки зрения, действия проститутки и её клиента квалифицируются как простая гражданско-правовая сделка между заказчиком и исполнителем сексуальных услуг, при реализации которой никому и никакого вреда не причиняется. Отсутствие такого объективного признака, как вред, указывает на отсутствие в отношениях проститутки и её клиента признака состава какого-либо правонарушения, тем более преступления. Это является объективным основанием для легализации проституции. Данный факт был учтён и положен в основу Международной конвенции «О борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами» от 21 марта 1950г. По состоянию на 1 января 1989г. Конвенцию подписали 59 стран.

Специалисты хорошо знали, что торговля людьми и эксплуатация проституции третьими лицами существуют только в сфере нелегальной проституции, поэтому Конвенция саму проституцию не запрещала и была направлена исключительно на борьбу

с нелегальной проституцией и организацией публичных домов.
Стороны, подписавшие эту Конвенцию, могли через пять лет её денонсировать. Примеры денонсации нам неизвестны.

СССР присоединился к Конвенции 11 августа 1954 г., поэтому в советском законодательстве не было статей прямо запрещающих взрослым гражданам заниматься проституцией, но был запрет на «сводничество», на «организацию притонов разврата» и на «частнопредпринимательскую деятельность». Таким образом, проституция в СССР юридически была легализована и советская власть вплоть до 1987 года чётко выполняла требования Международной конвенции.

В зарубежных странах, где церковь не была отделена от государства либо формально отделена, гражданская власть в вопросах этики традиционно опиралась на религию. Поэтому в странах, подписавших Конвенцию, проституция законодательно не запрещалась, но нравственная оценка ей давалась с позиций церковных догм и признавалась аморальным действием.

Однако в Германии, например, недавно было отмечено, что оценка проституции только с позиций религиозной морали больше не соответствует требованиям реальной жизни и не разделяется значительной частью гражданского населения. В особенности это подтвердил опрос, проведённый административным судом Берлина в рамках производства по делу(35 А 570. 99), где большинство общественных организаций заявили, что они больше не рассматривают проституцию, как аморальное явление. Во время опроса “Dimap”, проведённого в 1999году, большинство опрошенных жителей Германии(68%) высказались за законодательное признание проституции. Судебная практика также претерпела изменение, поэтому тот же административный суд Берлина принял решение больше не рассматривать проституцию как аморальное действие (административный суд, Берлин, Свод законов, том 1, декабрь 2002г., 35 А 570.99), после чего в Германии был принят закон “О регулировании правовых отношений в области проституции” от 20 декабря 2001, вступивший в силу с 1 января 2002. Таким образом проституция в Германии была полностью легализована., а отношения между всеми участниками этого вида предпринимательства законодательно урегулированы.

В Голландии в октябре 2000 года парламент исключил из уголовного кодекса в редакции 1912 года запрет на организацию и содержание публичных домов. Цель заключалась в полной декриминализации проституции, усилении давления на нелегальную проституцию и улучшении контроля государства за этой деятельностью в целом. С тех пор, как проституция в Голландии была полностью легализована, женщины получили право выбора: заниматься этим, работая на предприятии, или действовать в качестве индивидуальных предпринимателей в области оказания «личных деловых услуг». По данным «Роде Драат» - общества защиты интересов проституток, с этого момента положение проституток существенно улучшилось. У проституток, которые остались на нелегальном положении, ничего не изменилось. В основном это нелегальные эмигранты. «Они по-прежнему свободны, как птицы и крепостные своих сутенёров».

В настоящее время в Российской Федерации ст.6.11 КоАП запрещает заниматься проституцией. Данная статья была произвольно введена в закон коммунистами в 1987 году и была сохранена в Кодексе, в редакции 2001года. Это было грубым нарушением Международной конвенции «О борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами» и противоречило целому ряду статей(1,2,13,14,28,34,55) новой Конституции Р.Ф. Тем не менее, статья 6.11 КоАП депутатами была принята и стала основной причиной возникновения и процветания в РФ нелегальной проституции. Анализ показывает, что за годы постсоветского существования не только крупные города, но и вся страна по вине государства буквально погрязла в нечистотах нелегальной проституции.

Городские власти хорошо знают, что для борьбы с нечистотами в городах существует только одно правильное решение: строительство канализации и сети общественных туалетов. Власть так же хорошо должна понимать, что для борьбы с нечистотами нелегальной проституции тоже существует только одно правильное решение: легализация проституции. Причём, легализация не частичная, в виде разрешения на индивидуальное предпринимательство, а только полная легализация, с обязательным образованием юридического лица. Проблема в том, что частичная легализация не решает основную проблему и не позволяет государству установить над всей проституцией действенный правовой контроль, чтобы сделать борьбу с торговлей людьми и эксплуатацией проституции максимально эффективной.

При полной легализации государство извлекает проституцию из подполья со всей её инфраструктурой и помещает в правовое поле, тем самым разрушая отношения рабов и господ между проституткой и её теневыми хозяевами. Бывшие эксплуататоры и эксплуатируемые, устанавливая между собой договорные отношения, превращаются в партнёров по бизнесу. Проститутка таким образом выходит из состояния рабской зависимости, перестаёт презрительно называться «позорной женщиной», т.е. проституткой. Обретая все права человека, она возвращает себе человеческое достоинство, возможность свободно оставить эту работу и перейти на другую и т.д. Общество и государство перестают для неё быть врагом номер один. Государство получает возможность установить над этим видом предпринимательства максимально эффективный санитарный, налоговый и правовой контроль.

Разумеется, не вся проституция сразу и добровольно легализуется, поэтому ответственность за нелегальную проституцию должна быть сохранена и для проституток, и для тех , кто сводит, склоняет или совращает в целях нелегальной проституции. Особо строгой она должна быть для работорговцев и «крышующих структур» не только над нелегальным, но и над легальным видом данного предпринимательства.

17) ОСНОВЫ НРАВСТВЕННОСТИ.

Для начала, чтобы избежать путаницы в понятиях, поясним, что в научном сообществе греческим словом «этика» принято называть науку «о морали». А русским словом «нравственность», которое является синонимом латинского слова «мораль», обозначают предмет, изучаемый этой наукой. Следуя данному условию, рассмотрим понятие «общественная нравственность» более пристально в религиозном и гражданском понимании этого словосочетания.

Мораль отдельной личности.

Изучение феномена нравственности показывает, что в процессе становления и развития личности у каждого из нас формируется свой моральный кодекс. В установлении нравственных правил человек является предоставленным самому себе и своей совести. Эти правила основываются на свободном убеждении, которое каждый из нас должен обдумывать и формулировать самостоятельно. Понятно, что такого убеждения никто ни у кого заимствовать не может; даже внешним авторитетом норма морали не может быть установлена, потому что единственным авторитетом здесь является голос совести, живущий в глубине каждого из нас. Родители и воспитатели могут помочь в раскрытии и осмыслении своего голоса совести, но до признания и убеждения каждый из нас доходит сам. Это значит, что человек, слагая свои нравственные убеждения и устанавливая нормы морали, должен поставить перед своею совестью вопрос о том, что есть самое лучшее, совершенное и правдивое в личном поведении и в отношении человека к человеку. Далее указания совести необходимо высказать в форме логического суждения, которое и выразит основную моральную норму поведения. Распространение этого правила на отдельные стороны внутренней и внешней жизни даёт возможность составить персональные нормы морали отдельно взятой личности. Эти нормы способствуют формированию наших поведенческих установок. При нарушении той или иной моральной нормы у нравственного человека возникает «угрызение совести», благодаря которому он осознаёт чувство вины и ответственности за содеянное. Эти чувства побуждают совестливого человека загладить вину и в дальнейшем жить по совести.

Общественная нравственность.

Кроме морали отдельной личности существует мораль отдельных социальных групп, объединённых по профессиональным, политическим или религиозным мотивам: педагогическая, юридическая, медицинская этика, кодекс офицерской чести, политических партий, религиозная мораль. Так возникает понятие «общественная нравственность», которая рассматривается как выражение интересов различных групп населения и целых классов. Из этого следует, что мораль сама по себе, вне конкретно-исторического процесса и отдельно от его участников, не существует. Поэтому, если мы встречаем где-то выражение «общественная нравственность» мы должны понимать, что за этим всегда стоит свод каких-то конкретных моральных правил, какого-то конкретного «общественного объединения», которые выражают совокупный субъективный интерес участников этого объединения. Особое влияние на жизнь общества оказывают нормы той «общественной нравственности», которая занимает господствующее положение в обществе.

Религиозная мораль.

Разновидностью общественной нравственности является религиозная мораль. В сознании верующих понятие «общественная нравственность» тесно связано с образом мифического персонажа, бога, который является носителем и выразителем абсолютного нравственного идеала. Нормы религиозной морали — это заповеди божьи, которые называются также законом божьим. В этих нормах выражена воля божья, поскольку установителем заповедей является сам бог. Отсюда возникает убеждение верующих, что религиозная мораль во времени — вечна, по кругу лиц — распространяется на всех, а в пространстве — действует везде и обязательна для исполнения всеми. В их понятии преступить закон божий — значит причинить богу моральный вред и тем самым «прогневить бога». А поскольку «гнев его ужасен», то страх оказаться перед лицом «гнева божия» за нарушение норм религиозной морали заставляет верующих исполнять предписания заповедей. Вообще вся вера держится на «страхе божием». Кстати, в переводе с пуштунского языка (разновидность арабского) слово «вера» так и означает, «страх». Поэтому исполнение норм религиозной морали обеспечивается тоже чувством страха, который церковь постоянно внушает своим прихожанам.

В царской России церковь не была отделена от государства. Христианство тогда было у нас государственной религией, поэтому христианская религиозная мораль занимала господствующее положение в обществе и была объектом правовой охраны.

Атеистическая общественная нравственность.

Религиозная мораль с её ориентацией на идеалы аскетизма и потусторонние ценности предполагает самоуничижение человека, умерщвление его чувственности, его живых страстей. Она формирует между верующими, богом и церковью отношения типа «раб и господин» (кстати, такие же отношения формируется между "садомазохистами"). По сути, религиозная мораль является враждебной идеалу свободной личности, интересам живых индивидов, их человеческой природе и естественным правам человека, поэтому учёные - гуманисты однажды занялись формулированием нового нравственного идеала, в основу которого были заложены интересы не бога, а человека. Так родилась светская гуманистическая нравственность или общественная атеистическая мораль.

В отличие от религиозной морали нормы светской гуманистической нравственности — не догмы. Они находится в постоянном движении: рождаются, развиваются, отмирают, меняют качественные состояния и нет такой силы в природе, которая могла бы удержать старую нравственность от разложения, если она давно отжила своё, и точно также невозможно силой насадить в обществе новую нравственность, если её рождение не обусловлено самой жизнью, или если эта нравственность — «чужой устав».

Коммунистическая мораль.

Разновидностью общественной атеистической нравственности является коммунистическая мораль. После Октябрьской революции советская власть поначалу не выдвигала никакой этической доктрины в качестве господствующей. В период диктатуры пролетариата действовала пролетарская мораль. Позднее на первый план была выдвинута коммунистическая мораль, основные доктрины которой были изложены в моральном кодексе строителя коммунизма. Коммунистическая мораль фактически стала обладать статусом «общественной нравственности», занимающей господствующее положение в советском обществе, однако при советской власти она никогда не выделялась в качестве самостоятельного объекта правовой охраны. При советской власти была выстроена система товарищеских судов. Они существовали по месту жительства при жилищных конторах, а также по месту работы граждан. Дела военных рассматривались в судах офицерской чести. Дела членов партии рассматривались на партийных собраниях. Товарищеские суды рассматривали аморальные проступки граждан и выносили виновным лицам общественное порицание.

Мораль в современной России.

После распада СССР и прекращения деятельности КПСС, прекратила своё существование и коммунистическая мораль вместе с моральным кодексом строителя коммунизма. В перестроечное время в России, как и в 1905-1917 годах, российское общество вновь оказалось на перепутьи: старая мораль расшаталась и утратила свою силу, а новая ещё не сформировалась, поэтому ниже мы попытаемся сформулировать концепцию о нравственных приоритетах, которая, на наш взгляд, должна стать базовой в современной России.

Общеизвестно, что нравственность всегда апеллирует к совести, а демократический принцип свободы совести как раз и предполагает признание за индивидом права на свободу нравственных воззрений. На свободу выбора не только той или иной религиозной морали, но и между религией и светской нравственностью, между пуританской и не пуританской моралью, между партийным и семейным долгом. Насильно воспитать требуемое нравственное чувство в человеке невозможно даже под страхом тяжкого уголовного наказания. Только добровольно мы принимаем или отвергаем тот или иной нравственный императив.

Для «мирного сосуществования» отдельной личности внутри социальной группы и отдельных социальных групп между собой, мудрецы ещё с древних времён рекомендовали: «в чужой монастырь со своим уставом не ходи»!

Это значит, что моральный кодекс каждого из нас предназначен для нас самих и моральное требование мы должны направлять, прежде всего, не во вне, а внутрь себя для корректировки нашего собственного поведения.

Точно также действуют и моральные нормы «общественного объединения». По кругу лиц требование соблюдать нормы религиозной или партийной морали может распространяться только на членов этого объединения. Их действие в пространстве ограничено пределами церковного, монастырского двора или дома «политпросвещения» того «общественного объединения», интересы которого эта мораль отражает. Всё остальное — это территория светского общества, где господствующее положение занимает светская гуманистическая нравственность. Поэтому, в общественных местах: на улицах, площадях, общественном транспорте и т. д., где происходит постоянное смешение представителей разных социальных групп, во избежание «конфликта уставов», должен царить этический плюрализм: толерантное, корректное поведение представителей разных этических школ и учений.

Именно во избежание «конфликта уставов» священнослужители различных церквей свои проповеди читают прихожанам в своих храмах. Они не идут с агитационными проповедями в чужие храмы, так как хорошо понимают, что их туда с такими целями, в лучшем случае, просто не пустят.

Точно так же они должны понимать, что светские школы, библиотеки, институты, университеты, академии наук для священнослужителей - это тоже чужие храмы. Это храмы светской науки и культуры, где идут проповеди светской духовности, основанной на научной истине. Светская наука учит школьников и студентов быть знающими людьми. Церковь же учит всех быть верующими. По этой причине светские храмы – это совершенно не подходящее место для пропаганды религиозной духовности, основанной на недостоверной информации, которую священники заставляют принимать просто на веру, отключив разум.

Заметим, когда та или иная норма морали приобретает для общества значимость большую, чем просто моральная норма, она порождает юридическую норму. Тогда моральная норма обеспечивает нравственное обоснование вновь возникшей юридической норме, а юридическая норма обеспечивает данной моральной норме юридическую защиту. Например, моральная норма «не убий» с течением времени приобрела общечеловеческую значимость и давно превратилась в юридическую норму, которая придаёт этой моральной норме форму и силу закона, а моральная норма  обеспечивает юридической норме, защищающей жизнь человека, нравственное обоснование.

Отсюда понятно, что все действующие в обществе законы и подзаконные акты имеют нравственную основу. За всеми статьями Конституции Р.Ф. незримо присутствуют моральные нормы, обеспечивающие им нравственное обоснование, а в совокупности эти нормы образуют понятие Конституционной морали, которая в настоящее время занимает господствующее положение в обществе. Остальные виды морали (мораль отдельной личности и отдельных социальных групп) занимают подчинённое положение относительно норм Конституционной морали.

Во имя торжества принципа справедливости юридическая наука учит отграничивать моральные нормы отдельной личности и общественных объединений, которые не имеют юридической силы, от правовых норм. Чтобы не назначать за малозначительные проступки тяжкого наказания наука учит различать в поведении людей (в зависимости от тяжести и характера содеянного) аморальный поступок, административный проступок и уголовное преступление. В демократическом государстве только правовые нормы считаются обязательными для исполнения всеми (перед законом все равны) и только их исполнение государство обеспечивает принудительной силой.

Моральные же нормы отдельной личности и общественных объединений, которые не имеют юридической силы, таковыми не являются и потому обеспечивать их исполнение принудительной силой демократическое государство не должно. За аморальное деяние (когда кроме морали вреда ни чему не причиняется) обидчику можно вынести только моральное осуждение, но ни о какой административной или уголовной ответственности тут речи быть не может. Всякое принуждение само по себе аморально, а административное или уголовное принуждение, ради спасения «общественной нравственности» — аморально вдвойне.

Нравственный климат светского общества существенно страдает, когда ради охраны «общественной нравственности» в жертву приносится демократический принцип справедливости, когда гражданский суд превращается в суд совести, в «божий суд». Такое в жизни бывает, когда церкви удаётся навязать обществу свою мораль в качестве господствующей «общественной нравственности», но к демократии это не имеет никакого отношения. Церковь как раз для того и отделяется от государства, чтобы отделить гражданский суд от божьего суда. Каждый чиновник в отдельности, «для себя», вправе исповедовать какой угодно «устав», но на работе, когда речь идёт о «делах «государевых», «судить да рядить должно» руководствуясь исключительно нормами светской гуманистической нравственности и Конституции Р.Ф.

16) БРАТАНИЕ ВЛАСТИ С ЦЕРКОВЬЮ.

Для чего нужно отделять церковь от государства?

При римских императорах, остававшихся ещё язычниками, церковь не имела возможности употреблять против своей оппозиции (еретиков и язычников) карательные средства. Но в начале 4-го века, когда христиане помогли Константину стать императором Римской империи, а тот в ответ принял крещение и сделал христианство государственной религией, первосвященники стали склонять его, а потом и его преемников, к установлению гражданских законов против лиц, «впавших в ересь». Особенно священники старались представить кощунства и ересь преступлением против гражданских законов, за которые полагалась смертная казнь. Они заявляли, что сожжение еретиков вполне согласуется с правилами евангелия, потому, что «не следует надеяться, чтобы они когда-нибудь раскаялись».

Приблизившись к государственной власти, Церковь бросила вызов самому Богу: она не хотела ждать пока Всевышний призовет к себе своих грешников и устроит им Божий суд, и назначит Божью кару. Она хотела здесь, при жизни на земле учредить Страшный суд и чинить расправу над своими оппонентами. И законы принимались. В 382 году император Феодосий обнародовал закон против еретиков, которым повелевал подвергать их высшей мере наказания, а имущество - конфисковывать в пользу государства. В дальнейшем похожие законы принимались во всех христианских государствах. Светскую власть не смущал тот факт, что, принимая такие законы, она тем самым превращает свои гражданские суды в Суд божий, в Страшный суд, который один только всё видит, всё знает, и всему учит.

Иначе вести себя светские правители тогда просто не могли. Принимая крещение и получая от церкви благословение на власть, государи императоры и члены их правительства сразу попадали в полную зависимость от священнослужителей, которые кого угодно, даже их самих могли обвинить в кощунстве, в ереси либо в пособничестве еретикам (например, в случае отказа принять нужные законы или решения) и пригрозить отлучением от Церкви, что уж совсем могло быть равноценно смертному приговору. С помощью акта крещения Церковь как паук опутывала крещеных царей паутиной своих законов и превращала в послушных марионеток. В истории не мало примеров того, как непослушание государей прошениям духовенства приводило к падению «венценосного трона».
     Чтобы реально подчинить себе церковь венценосные светские правители сами  становились главами церквей.

А вот фрагмент из истории наших дней.

"Недавно опальный олигарх Борис Березовский направил открытое письмо патриарху Кириллу, в котором просит патриарха Русской православной церкви содействовать смене власти в России". Текст опубликован на сайте радиостанции "Эхо Москвы".

И вот патриарх Московский и всея Руси Кирилл в рождественском интервью 2012 года призывает власти страны прислушаться к людям, выражающим протест в связи с проведением выборов в Госдуму 4 декабря 2011 года. "Если власть остается нечувствительной к выражению протестов, это очень плохой признак, признак неспособности власти к самонастройке, - говорил, в частности, патриарх. - Власть должна настраиваться, в том числе и воспринимая сигналы извне... и корректировать курс".

Всего 20-ть лет прошло с тех пор как церковь, после развала СССР, получила реальную свободу от притеснений со стороны светской власти. И вот уже РПЦ, не стесняясь Конституции Р.Ф., рекомендует властям "воспринимать сигналы извне...и корректировать курс", забывая как бы, что вопрос смены государственной власти и коррекции курса не входит в её компетенцию.

В завершение отметим, что христианская церковь создавалась в период господства рабовладельчества, поэтому создатели христианской церкви изначально заложили в её основу модель рабовладельческого строя (отношений рабов и господ, «пастырей» и «паствы»), который, благодаря церковным догмам, никогда не менялся. Поэтому, церковная власть сегодня — это рабовладельческая власть. Отделять её от государства нужно для того, чтобы не возрождать в стране рабовладельческий строй и не разжигать борьбу за верховенство между церковной и светской властью и чтобы не превращать  гражданский суд в божий суд.

15) ЧЕТВЕРТАЯ СЕКСУАЛЬНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ.


В восьмидесятые годы 20-го века представители верховной власти СССР с высокой трибуны очередного съезда КПСС заявили о давно назревшей необходимости "демократизации" всей жизни общества. Горбачёв М.С. говорил: «Перестройка -это не прихоть отдельных личностей, или группы деятелей, у которых вдруг взыграли амбиции. Это революция, своеобразие и сила которой в том, что это одновременно революция сверху и снизу».


Советский народ, долгое время живший в условиях политических, экономических, социальных, в том числе антисексуальных репрессий, порождённых диктатурой пролетариата, с энтузиазмом воспринял этот призыв и пока «верхи» упражнялись в «говорильне», «низы» (не дожидаясь команды «сверху») сами стали заниматься реформированием «всей жизни общества», сексуальных отношений в том числе.


Так в России наряду с социальной началась очередная после 1917г.  (четвёртая за всю историю) сексуальная революция.

Начиналось она с гласности, с реабилитации эротической тематики в кино, театре, литературе, изобразительном искусстве. «Про это» однажды смелее стали писать в прессе. «Про это» смелее стали делать фильмы и их свободно стали выпускать на экраны. Тогда же по всей России стала развиваться сеть магазинов «Интим», где продавались товары сексуального назначения и масса эротической литературы на любой вкус. Появились и клубы нудистов, свингеров, а также обыкновенные бордели, замаскированные под ночные клубы и массажные салоны.


По логике вещей, власть должна была бы понимать, что сексуальная революция — это тоже не прихоть «отдельных личностей», у которых вдруг взыграли гормоны. Это также давно назревшая необходимость перехода общества от режима диктатуры сексуального аскетизма к режиму сексуальной демократии.


Для упорядочения предпринимательства в сфере сексуальных отношений новым властям, после принятий новой Конституции Р.Ф., нужно было принять и ввести в действие два основных закона: закон, регулирующий производство, распространение и потребление произведений науки, искусства, ремесла эротического содержания, и закон об оказании услуг сексуального характера за вознаграждение.


Однако номенклатурная власть оказалась не готовой к такому шагу и вместо прекращения бессмысленных репрессий она занялась их расширением и ужесточением во имя спасения "общественной нравственности". Причём, не той нравственности, которая обеспечивает нравственное обоснование сексуальных прав человека, а церковной, аскетической морали. Эту мораль власть сознательно прятала под словосочетанием «общественная нравственность», поскольку по новой Конституции РФ церковь была отделена от государства и церковную мораль нельзя было на законных основаниях признать государственной.


Выше мы уже отмечали, что данные репрессии всегда возникали по инициативе организаций религиозного толка и велись под флагом борьбы с «язычеством», с «блудом» и с «изображениями блуда». Репрессии подобного рода до сих пор существуют в странах, где церковь либо вообще не отделена, либо формально отделена от государства, то есть, где в вопросах этики гражданская власть традиционно опирается на религию.


К чему приводит братание государства с церковью специалистам хорошо известно. В царской России власть нещадно секла, отправляла на виселицу и даже сжигала на кострах своих верноподданных за «обиды добрых нравов». Так царизм чтил и охранял религиозную мораль. Кончилось это однажды тем, что восставший народ сверг и царскую, и церковную власть.


Большевики, взявшие власть в свои руки после революции, существенно ослабили антисексуальные репрессии, но затем сталинский режим вновь их расширил. Позднее коммунистами был создан «моральный кодекс строителя коммунизма» куда они в качестве эталона вписали пуританский идеал «моральной чистоты» и борьба партии за всеобщее сексуальное спокойствие советского народа продолжилась вплоть до начала перестройки. Вместе с падением СССР прекратил своё существование и моральный кодекс коммунистов. На какое-то время в России в очередной раз наступил нравственный вакуум.

Для решения этой проблемы новая власть ничего нового изобретать не стала. Она попросту взяла и вопреки требованиям Основного закона совершила акт братания с церковью: возвела религиозную мораль в ранг «общественной нравственности», сделала её объектом правовой охраны и заложила правовую основу для продолжения антисексуальных репрессий.


Поэтому борьба за спасение «общественной нравственности» в России до сих пор продолжается, хотя новая Конституция Р.Ф. давно упразднила старый режим и обязала всех признавать, соблюдать и защищать права человека, в том числе сексуальные права и свободы, поскольку игнорирование и попрание этих прав и свобод как раз и становится основной причиной возникновения сексуальных революций.


Наиболее многочисленными жертвами антисексуальных репрессий как в России, так и в других странах, всегда были люди с либеральными взглядами, подвергавшиеся гонениям за их сексуальное инакомыслие. Первым шагом в сторону ужесточения режима сексуального аскетизма в России была введённая в Кодекс об административных правонарушениях в 1987 году статья 164-2 «За занятие проституцией».

Параллельно участились случаи возбуждения уголовных дел «За изготовление и распространение порнографии», а также «За организацию и содержание притонов разврата».


Для усиления борьбы с «извечными пороками человечества» в системе МВД, были созданы подразделения ОБПСОН, так называемая «полиция нравов», которые периодически совершали налёты на ночные клубы, видео студии массажные салоны, издательства, редакции и точки сбыта эротической продукции. Инициаторы создания этой организации горели желанием превратить полицию нравов в мощное централизованное подразделение соответствующего профиля, чтобы начать работать «...как полиция нравов Нью-Йорка, которая в ходе операций конфискует у граждан даже дорогостоящие автомобили — в качестве собственности, используемой при совершении «сделки с проститутками».


Радикально настроенные работники нашей милиции/полиции сожалеют, что они пока не имеют такой возможности и рекомендуют российским исполнительным органам «...поторопиться с повсеместным созданием подобных подразделений и нормативным подкреплением их деятельности», чтобы полиция могла конфисковывать у «проклятых развратников» не только автомашины, но и квартиры, дачи, сауны в качестве «средств аморальных преступлений».


Первыми громкими делами, сфабрикованными блюстителями нравов в период демократии стали скандалы, разразившиеся вокруг личностей бывшего министра юстиции Р.Ф. г-на В.А. Ковалёва и бывшего генерального прокурора Р.Ф. Ю.И. Скуратова, которых спецслужбы «застукали» в качестве клиентов у жриц любви. При этом, кадры оперативной видеосъемки, где действующие лица были запечатлены в голом виде, беззастенчиво и неоднократно демонстрировались по телевидению. Примерно в это же время мировую огласку получил и сексуальный скандал, связанный с именами бывшего американского президента Б. Клинтона и М. Левински. Наши так называемые «демократы» старались подражать американцам во всём - даже в использовании сексуального компромата с целью дискредитации имиджа неугодных чиновников и политиков..


В начале президентства В.В. Путина эта постыдная практика прекратилась. Однако, в целом это не стало поворотным моментом в движении общества в сторону либерализации сексуальных отношений. Все последующие годы власть продолжает развивать и укреплять в стране политику сексизма, держась за церковную «духовность и нравственность» как слепой за стену.


Выводы

Сексуальные интересы населения являются неотъемлемой и стратегически важной частью национального интереса российского общества. От сексуального потенциала, сексуальной культуры и сексуального здоровья нации напрямую зависит генетическое, демографическое, экономическое, военное благополучие государства.

К сожалению, находящиеся во власти люди не понимают этого. Они по-старому не признают сексуальных прав человека и основных свобод. В вопросах морали ориентируются на красивый по форме, но пустой по содержанию и противный человеческой природе пуританский идеал «моральной чистоты».

Призывают к расширению и ужесточению репрессий ради поддержания режима «всеобщего сексуального спокойствия граждан», всячески игнорируя факт существования норм светской гуманистической нравственности.

Они всеми силами пытаются подчинить сексуальную жизнь общества моральным нормам ортодоксального византизма и таким образом превратить народ в импотентную,  безвольную, послушную «паству". Сколько еще это продлится в России? Время покажет.



   

14) ЭРОТИКА В СОВЕТСКОМ КИНО (Часть-2).

Общеизвестно, что нормальная эротика - источник глубоко положительных эмоций. Следовательно, общение с ней должно приносить зрителю радость, удовольствие, наслаждение. В то же время мы знаем, что дразнение даже у животных не способно вызвать ничего, кроме раздражения. Об этом не раз писали советские критики применительно к зарубежному кино. Но там этот недостаток хоть как-то удавалось объяснить тем, что там камера часто оказывается в руках лиц,  далёких от сколько-нибудь правильного понимания истинных задач искусства. Чем же такое можно было объяснить у нас? Почему именно дразнящий приём показа сцен наготы избрали наши режиссёры? Ведь зрителю это не даёт ровным счётом ничего, кроме чувства неловкости за подглядывание да раздражение за то, что его хотели немного подразнить и только.

Следующий фильм «Соната над озером». Здесь тоже имеется своя «русалка» и зрителя здесь также медленно, заговорщицки подводят к тому моменту, когда она должна появиться на экране. Когда напряжённость момента достигает определённого накала, авторы потихоньку, как бы боясь спугнуть кого-то, указывают зрителю на камыши, из-за которых ему на мгновение предоставляется возможность подсмотреть за входящей в воду реки или озера голой героиней. И опять всё длится несколько мгновений, и вновь всё так, чтобы зритель видел «всё», но как можно меньше. Для пикантности всего лишь!

Роль подсматривающего отведена зрителю и в фильме «Любовь моя, печаль моя», где он вместе с героем фильма как бы нечаянно, как бы случайно подсматривает за героиней, когда та вместе со своими служанками купается просто прямо в какой-то луже, ускакав на коне для этой цели далеко от дома.

Не обошлось, кажется, без желания «освежить», «осовременить» литературный материал и у создателей фильма «Отец Сергий». У Л.Н. Толстого, например, в том эпизоде соблазнения Сергия говорится: «Чтобы снять их, эти длинные чулки на ластиках, надо было поднять юбки. Ей совестно стало, и она проговорила, - Не входите». Потом она продолжала говорить с Сергием «ступая босыми ногами по койке и поджимая их под себя». Затем она села, «обхватив колени руками и задумчиво глядя перед собой». Позже, «расстегнула платье, открыла грудь и закинула по локоть обнажённые руки». Вот и всё. Её ноги всё это время были закрыты, а юбки она поднимала только для того, чтобы снять чулки, но Сергия при этом просила не входить не для того, чтобы для пущего соблазна обратить его внимание именно на этот момент, а потому что ей действительно было просто совестно. Да и по койке она ходила «босыми», а не голыми ногами, и «открыла», а не обнажила грудь, закинув «обнажённые», но по локоть руки. В фильме же и после того, как уже сняты чулки, на экране крупным планом долго мелькает чего-то голое: то ли руки, то ли ноги, то ли ещё что. В этой сцене героиня занята не столько соблазнением Сергия, сколько зрителя.

Во втором эпизоде, где отец Сергий «исцеляет» купеческую дочь, у автора говорится: «она взяла его руку и прижала к своей груди». В фильме же она суёт руку Сергия к себе за пазуху, а на утро, когда она ещё спит, видны её нарочито обнажённые груди, хотя у автора просто сказано: «она лежала и спала». О том, что при этом было видно её обнажённые груди, ничего не говорится. И получилось, что эти эпизоды использованы авторами только для того, чтобы помелькать чем-то голеньким перед носом зрителя. Для приманки всего лишь!..

Несколько своеобразно выглядела сцена в фильме «Табор уходит в небо». Здесь это не просто ставшая традиционной для нашего кино «русалка». Здесь Он и Она в процессе страстных объятий «как бы нечаянно» падают в воду, после чего их раздевание становится уже как бы логически оправданным действием, но поскольку Его раздевание никого не интересует, то Он и не спешит это делать.

Она же, озорно и вызывающе глядя на него ( будто только и ждала этого момента) быстро снимает с себя кофточку и, прикрываясь своими длинными чёрными волосами (но так, чтобы зрителю видна была её маленькая трепетная грудь), медленно начинает снимать с себя бесчисленное множество юбок. До последней юбки Она, конечно, не добралась. Всё, как и следовало ожидать, закончилось «в пределах дозволенного».

В зарубежных фильмах этот приём был давно уже «избит» и «затаскан», и использовался в основном молодыми и начинающими авторами в этой области. Из фильма в фильм там кочевали сцены, где герои то и дело (то под дождём, то ещё где-либо) промокали что называется «до нитки», после чего, уединившись, раздевались. Раздевание актёра мужского пола никого не интересовало, поэтому им в этих сценах достаточно было сбросить с себя пиджак или сорочку. Гвоздём программы было раздевание героини, а степень её обнажения и откровенности показа зрителю обычно была прямо пропорциональна авторскому представлению о нравственности и дозволенности в этой области и набожности режиссёра.

Также по принципу «как бы нечаянно, как бы случайно» зрителю была явлена фигура «голенькой» в фильме «Сладкая женщина». Там, когда главная героиня находится в раздевалке рабочей душевой и одетая беседует со своей подругой, на заднем плане (то ли в проёме открытой в душевую двери, то ли в отражении чего-то) довольно долго видна женщина, делающая вид, что «непринуждённо» моется под душем и старается всё время держаться к зрителю спиной.

Немного, очень немного было в советское время фильмов, где сцены наготы «смотрелись»; где они не просто «присутствовали» в фильме, а органически были связаны с его действием и «работали» на фильм. Из таких работ, прежде всего, приходит на память фильм А. Тарковского «Андрей Рублёв». В нём просто и ясно (без глупых ужимок!) была показана сцена языческого обряда «ночь на Ивана Купалу» и последовавшая затем сцена расправы над язычниками. Разумеется, как можно было обойтись без такого эпизода, повествуя о тех временах?.. Попробуйте убрать эту сцену из фильма и вы сразу ощутите, как фильм многое потеряет.

В целом не плохо всё сделано и в фильме С. Ростоцкого «А зори здесь тихие». Сцена в бане в нём выглядит именно как естественная необходимость, как логическое продолжение поначалу неторопливого повествования о фронтовых буднях небольшого, правда несколько необычного (поскольку в нём служат одни девушки) воинского подразделения. Тут всё вышло так, что эта сцена как раз органично связана с тканью фильма, логически вытекает из его действия и в полном смысле слова «работает» на фильм, а не присутствует в нём в виде вставки модной художественной фотографии. И когда зритель видит тела этих молодых красивых женщин, которым бы только жить да жить, да дарить бы жизнь другим людям, ему ещё громче хочется крикнуть: «Нет!» этой проклятой войне, безвременно уносящей молодые жизни. Прекрасный фильм, трогает до глубины души. Отметим только некоторую «шероховатость», не будь которой, фильм бы только ещё больше выиграл. Смотрите, с самого начала сцены в бане девушки ведут себя так, словно чувствуют присутствие посторонних. Ощущается это по скованности поз, движений, по постоянному стремлению укрыться от зрителя спиной. Зритель сразу ощущает это и начинает чувствовать себя в роли «непрошеного гостя». Ему становится как-то неловко за подглядывание и нежелательное присутствие. Или вот ещё следующий момент, когда одна из героинь по имени Женя входит раздетая из предбанника к купающимся девушкам. До этого подруги много раз видели её. Но без одежды, видимо, видят впервые! Соня ахнула. Галка говорит: «Ой, Женька, ты русалка!», Лиза: «У тебя кожа прозрачная». Галка опять, но за кадром: «Хоть скульптуру лепи», и т.д. Девушки просто поражены её красотой, красотой её наготы!

Зрителю же предоставляется возможность полюбоваться лишь красотой её лица, которое он и так имеет возможность много раз видеть на протяжении всего фильма. Как видим, снова зачем-то использован трюк, продиктованный, видимо, ложной стыдливостью.

В общем, неплохо сцена наготы получилась в фильме Е. Евтушенко «Детский сад». Здесь тоже есть своя «баня», но героиню мы видим не в ней, а тогда, когда она, напарившись в бане, в погожий зимний день (дело происходит в Сибири), выходит голая на снег, хватает его пригоршнями, бросает вверх, падает, барахтается, встаёт, кружится на снегу, радуясь молодости, жизни, погожему дню. Где-то далеко идёт война, а здесь такая тишина!..

Кажется, это единственный фильм, где камера не спешит укрыть её наготу от взора зрителя и он свободно может налюбоваться видом голой женщины даже тогда, когда она обращена к нему в полный рост лицом. Но это было исключение.

В других фильмах в основном царил тогда примитивизм. И кочевали из фильма в фильм почему-то очень полюбившиеся нашим режиссерам именно мельком появляющиеся на экране «голенькие»: то в виде всё тех же «русалок», «непринуждённо» купающихся на природе, то в виде простых смертных не менее «непринуждённо» появляющихся то в банях, то в своих ванных комнатах. И везде все эти бани, пляжи, ванные и душеные, лесные озёра и, якобы, очень необходимые переодевания женщин перед глазами зрителя подавались как «обусловленные сюжетом удачные находки режиссера» для раздевания актрис.

Итак. В 60-70 годы прошлого теперь уже столетия советская цензура приоткрыла наготе путь в наше кино. Кинематографисты стали пользоваться этой возможностью, но делали они это в большинстве случаев так, что это было похоже на пустой отзвук сексуальной революции на Западе. Мельком появлявшиеся на экране сцены с «голенькими», сделанные по принципу «..и хочется, и колется, и мама не велит», не способны были дать зрителю ни в этическом, ни в эстетическом плане ничего, кроме досады и раздражения. Советские кинематографисты почему-то этого никак не понимали. Они не смогли рассмотреть в голом женском теле ничего, кроме слюнявого соблазна. То и дело они демонстрировали в фильмах своих «голеньких», становясь, таким образом, в один ряд с дельцами мелкого пошиба, которые предлагали на вокзалах покупателю из-под полы примитивные фотографии, выполненные на западный манер в стиле «ню» или «пин-ап».

Это что касается не эротических сюжетов. С постельными же сценами в советском кино была просто беда. Когда предстояла такая сцена, камера «тактично уходила в сторону», блуждая стыдливым взглядом по стенам квартиры, либо показывала падающую к ногам героев одежду. Потом в кромешной темноте в постели под одеялом между героями происходила какая-то возня. В самый ответственный момент следовал отвлекающий звонок по телефону или стук в дверь. В лучшем случае заканчивалось всё показом ливня за окном, грозы или праздничного салюта.

По мнению киноведа Михаила Ямпольского, «подавленная эротика прорывалась на брежневский экран опосредовано, в бесконечных истериках героев. То в хрипящем крике командира, требующего под разрывами бомб подкрепления, то в воплях прораба, орущего в трубку, что у него кончился цемент». И надо было быть Андроном Михалковым-Кончаловским, причём больше Михалковым, чем Кончаловским, - писал Д. Попов, - чтобы в «Сибириаде» полоснуть серпом по холщёвой рубахе Натальи Андрейченко, смакуя зрелище выпавших наружу тяжёлых крестьянских грудей».

На общем неприглядном фоне фильм «Осень» Андрея Смирнова о внебрачных отношениях двух взрослых любовников резко выделялся желанием авторов конкретно, внятно и просто поговорить со зрителем о вечном. Этот фильм мог бы стать первым советским фильмом «для взрослых» с массой хороших постельных сцен. Но их там, к сожалению, не оказалось. Тем не менее, руководство партии этот фильм сразу «задвинуло на полку», а зритель мог познакомиться с ним лишь «на задворках клубного проката».

Верхом достижения советского кино в этом смысле стал фильм «Маленькая Вера», где актриса Негода Н.И. впервые отважилась, оседлав партнёра сверху (при свете белого дня!) сыграть сексуальную сцену. Правда зритель её видел при этом раздетой только до пояса, но и это было для того времени уже «нечто»!.. Говорят, что бывший генеральный секретарь ЦК КПСС М.С. Горбачёв во время просмотра этого фильма у себя на даче при появлении на экране этой сцены вышел из зала.

На примере советского кино хорошо видно, что сексуальная революция в СССР не состоялась. Советская власть до конца своих дней продолжала преследовать людей за порнографию и чересчур смелые авторы эротических произведений в любое время могли получить в те годы срок до трёх лет лишения свободы по статье 228 УК РСФСР.

В результате, целая плеяда замечательных советских актёров и актрис, обладавших колоссальной сексуальной манкостью, которая голливудским деятелям кино даже и не снилась, в советское время осталась невостребованной и навсегда утраченной мечтой зрителя из-за царившего повсюду в СССР торжества коммунистической идеологии и морали.

Заметим, статусом господствующей «общественной нравственности» тогда обладали нормы морального кодекса строителя коммунизма, ориентированные на христианский идеал «моральной чистоты». С позиций этого идеала, цель «возбуждение полового чувства» считалась не только аморальной, но и преступной. Под влиянием этого  идеала  в советской литературе, искусстве и кино угнездилась примитивная дразнящая эротика, ориентированная на слюнявый соблазн потребителя.